новая хронология, без ссылок Опции

[E.P. Iphan]

любая религия, для воспитанного в её культурном контексте, воспринимается как данность. Человеку трудно посмотреть на неё (то есть на себя) со стороны. Для христианина, мусульманина, буддиста или индуиста его религиозная культура является НОРМОЙ. И наоборот, всё, что этой норме не соответствует, воспринимается как нечто глубоко ненормальное. Ненормальное в самих основаниях.

Если человек в той или иной степени начинает воспринимать СВОЮ культуру как ненормальность, он становится существом глубоко несчастным. Поэтому любая критика религии штука не такая безобидная, как кажется на первый взгляд. Я думаю, она и не нужна. Национальную религию нужно воспринимать как данность и не рыпаться.

В нашей культуре принято здороваться при встрече и пожимать друг другу руки. В принципе это условность, которую можно игнорировать. Но это игнорирование сразу создаст массу проблем и весьма вероятно спровоцирует нервный срыв.

Те люди, которые легкомысленно критикуют религию, не понимают, на что замахиваются, даже с точки зрения бытовой.

А кроме быта есть и многое другое. Человек возникает из небытия и в небытие уходит, даже толком не осознав, что произошло, и участником какого события он стал. Религия придаёт некую осмысленность этому изначально бессмысленному процессу, даёт точку отсчёта. То есть кроме всего прочего религия гораздо более рациональна, чем та рациональная критика, которой она постоянно подвергается. В конечном счёте, критики совершают одну и ту же ошибку – ошибку неправильного масштабирования. Они пытаются установить диалог с вечностью, но сама эта попытка есть попытка включения в коммуникацию биологического объекта, а именно хитрого, но не очень умного млекопитающего. Это делает сам факт разговора абсурдным и оскорбительным. Если нельзя говорить в доме повешенного о верёвке, то представьте, что вы получили по е-мейлу письмо от человека, который живет один день. Он вам задает какие-то вопросы, о чём-то спорит, делится планами. Но он возник 12 часов назад и через 12 часов исчезнет. Личность ли это? Это тающее в воздухе колечко филологического дыма, с которым разговаривать СМЕШНО.

Я не убрал столь длинную преамбулу под кат, чтобы предупредить глубоко верующих людей. Вероятно, им не стоит читать то, что написано внутри. Хотя то, что там написано, не колеблет и не может поколебать христианство, давно ставшее основанием нашего мира.

Более того, сама критика христианства не свидетельствует ни о большом уме, ни о большой культуре. В конечном счёте любой человек тут оказывается в положении Ласло Тота.

Был такой чудак в 70-х, то ли венгр, то ли еврей из Австралии. Набросился с молотком на Пьету Микеланджело, разбил мадонне голову, отломал руку и стал орать, что Христос это он, у него нет и не может быть матери, ибо Бог был, есть и будет всегда. Австралопитека судить не стали, а подлечили малешко и направили с богом на родину. Потом в голове у Ласло Тота наступили некоторые повреждения, приведшие к инсульту. А в результате инсульта отнялась рука.

Можно конечно утешать себя тем, что люди ещё поднимутся, приобретут бессмертие, у них будет по восемь сердец и по четыре мозга, и вот тогда они к теме вернутся и поговорят.

Несомненно, люди станут бессмертными, бессмертие это тривиальная задача, которой можно достичь десятком способов. Потребуется на это ещё лет 200, не больше. Галактика населена не просто разумными существами, а бессмертными разумными существами. Смертность разумного существа это легкоустранимая дикость, парадокс раннего этапа развития цивилизации.

Вопрос только будет ли это бессмертное разумное существо человеком. И не будет ли спор с Богом спором с самим собой.

Но историк, игнорирующий историю религии, это такой же слепенький дурачок , как биолог, игнорирующий например функцию воспроизводства организмов. Поэтому, помолясь, приступим – разумеется, гуманно и в самом щадящем режиме.

В христианстве есть Три Особенности, бросающиеся в глаза любому непредвзятому наблюдателю.

Первое - это мрачный депрессивный характер и зацикленноcть на теме смерти и покойников. Основной религиозный обряд христиан это похороны, похороны являются венцом жизни христианского святого, а сама его жизнь есть ПОДГОТОВКА ТРУПА.

Эти трупы хоронят у храмов. Где церковь там кладбище, где кладбище, там церковь. Близнецы-братья. Сами церкви тоже кладбища – хоронят в полу, в стенах, чуть ли не на потолке.



Часовня католической церкви Всех Святых в Чехии. Сделана из 40 000 человеческих скелетов.



Думаю насчёт 40 000 преувеличение, но несколько тысяч точно. Костяной канделябр – в нём в качестве деталей содержатся все кости человеческого скелета.





На самом деле эта церковь новация. Её построили в преддверье начинающегося декаданса по приказу медиатизированного старичка из СРИГНа князя Шварценберга. Вот его малый герб, выложенный костями. Как говорится, «у каждого барона своя причуда».


И дата с подписью Мастера. Но построенная в 1870 году церковь была действующей, никакого отторжения она ни у прихожан, ни у клира не вызвала. Да и не стали бы Шварценберги так кощунствовать. Их церковь только повторяла капуцинскую церковь Девы Марии в Риме.



Церковь Девы Марии древняя, она построена в самом начале 17 века, на заре христианства. В ней находится скелетик маленькой принцессы-пчёлки Кларидской Барберини, племянницы одного из римских пап. В стены вмурованы 4000 черепов.


Катакомбы капуцинов в Палермо. В отличие от катакомб Неаполя или Рима это чисто христианские катакомбы, поэтому они полностью доступны для обозрения. Их стали рыть с начала 17 века. Всего тут захоронено 8 тысяч трупов, включая трупы 20 века.


Наверху фото монахов. А это светские трупы в т.н. «Галерее профессионалов». Тут хоронят интеллигентов – художников, юристов, офицеров, врачей.



Это португальская церковь в Эворе. Булыжники в стенах – настоящие черепа.



Над входом девиз: «Наши кости ожидают, когда к ним присоединятся твои».


Подобные артефакты не есть особенность католицизма. Вот аналогичное захоронение на православном Афоне. Сначала умерших монахов предают земле. Через несколько лет разрывают могилы и смотрят – правильно ли разложился труп. Если правильно, с черепа соскребают сгнившие остатки и помещают в «костяницу».


Если труп правильно приготовлен праведной жизнью, то он не гниёт, а ссыхается. Такой мумифицированный труп – огромная ценность. Его выставляют на всеобщее обозрение, прикосновением к трупу лечатся. Особенно хорошие трупы разрубают на части и делят между несколькими церквями. Частица трупа должна также закладываться в основание каждой новой церкви.



Русская монахиня-схимница. Её одеяние напоминает суконный саркофаг, разукрашенный могилами и черепами. Уходящий в монастырь, умирает для мира. Это живой труп. И это очень хорошо. С точки зрения христианской доктрины.




Разумеется, в церквях перед прихожанами мотивы смерти и варварского поклонения трупам сглаживаются. Например мощи часто хранятся «под спудом» - в закрытых ящиках. Но христианство в целом накладывает на культуру отпечаток неимоверной тоски и грусти. Это находит своё выражение во всём – в архитектуре, живописи, музыке. Иногда получается торжественно и даже сладко – ведь слёзы могут принести облегчение и могут быть выражением не физической боли, а ностальгии, любви, высокой печали.

Во-вторых, христианство очень короткая и узкая религия. Всё содержание христианской легенды по объёму равно одному античному мифу среднего размера. Это пытаются маскировать, превращая Библию в телефонный справочник или дополняя рассказами о святых. Но эти дополнения искусственны, неинтересны и даже в таком виде создают большие трудности для основной легенды. В общем, их никто не знает. Непорочное зачатие Девы Марии в «папской догматической конституции 1854 года» это канцелярский апофеоз подобных «улучшений». Это не художественное творчество, а выправление бумаги конторой по учёту трупов при морге или городском кладбище.


Даже если на минуту допустить, что крестики слева и справа на этой картине Пальма иль Веккьо не пририсованы позже, тут точно отображено соотношение изобразительной мощи языческой (в смысле античной) культуры и тщедушного литературного мифа христианства. Который даже в своей сердцевине «сборник четырёх текстов» – т.е. список и справочник, а не сказание.

<a href="http://www.samisdat.com/audio/41.mp3">
Кликабельно. Песню-грустилку, которая иллюстрирует унылый зимний пейзаж выше, можно пропеть и иначе.
Возьмём всего один второстепенный миф античной религии – миф лучезарной Эос. Эос это прекрасная девушка с розовыми пальчиками. Каждое утро она поднимается на небо в колеснице, запряжённой Лампосом и Фаэтоном, и освещает землю.

Эос большая шалунишка, поэтому у неё на щеках после ночи всегда румянец. Когда утром наступает царство Эос, у мужчин возникает эрекция.

Эос добрая, но забывчивая. Она полюбила прекрасного юношу Тифона и вышла замуж, попросив Зевса сделать его бессмертным. Но она забыла попросить сохранить ему юность, и Тифон со временем превратился в старика. Чтобы его не видеть Эос заперла Тифона в отдельную комнату, откуда тот жаловался скрипучим голосом на несчастную судьбу. Тогда из жалости Эос превратила Дмитрия Евгеньевича в сверчка.

Это всего ОДНА небольшая история и только эта история даёт огромные шансы на удачные человеческие контакты. Это ЗАБАВНО. Тут можно шутить, можно намекать, можно общаться - и подросткам, и молодым людям, и зрелым людям, и старикам. Можно посмеяться, при желании можно и поплакать. В меру, без зверства.



Донателло. Пророк Аввакум.
А что может рассказать христианин? Ну, пришёл санитар из морга домой, решил позабавить супругу интересной историей.

- Прикинь, деда в пятницу привезли, он уж дня два дома лежал. Ну, положили в морозилку, а в выходные электричество вырубили. И что ты думаешь, а понедельник открываю, а он как новенький. Только ноготь на ноге отвалился.

Человек в шоке. А христианин продолжает:

- Я ноготь с собой принёс. Хочешь, покажу?

Это… ТЯЖЕЛО. Очень.

Разве что положительную сторону тут можно увидеть в том, что христианская культура быстро приводит к секуляризации общества. Люди избегают говорить в быту на религиозные темы, перестают использовать религиозные аналогии, избегают контактов со служителями культа. Не случайно встретить священника на улице – плохая примета. Много икон в доме – к беде. Вокруг человека, постоянно беседующего на религиозные темы, быстро образуется вакуум. Люди разбегаются. Сакральные функции священников религиозная община и государство стремиться заменить функциями моральной проповеди, статистического учёта, медицинской и социальной помощи, искусством и философией, чем угодно, но только не самим христианством. «Всё что угодно, только не ноготь».

Поэтому атеизм зародился и получил значение связной доктрины только в христианском мире. Другие культуры просто не понимают, а в чём проблема. Представьте дяденьку, который бегает по детским утренникам и борется с Дедом Морозом. То кричит из зала: «Не верьте, дети, это неправда!», то пишет кляузу в РОНО. А то и набрасывается на бедного Санта Клауса с кулаками и рвёт мешок с подарками. В общем, ведёт себя как круглый дурак и идиот. Но если Санта-Клаус детям показывает из мешка сушеного кота, то дяденьку можно понять.


В третьих, в основной доктрине христианстве существует нелепая путаница, отталкивающая неофитов. И это, как и вторая особенность, со всей очевидностью показывает, что христианство могло быть сделано только очень поздно, только на скорую руку и только людьми случайными.

Христиане-теологи буквально плутают между трёх сосен со своей доктриной тройственности единого Бога. Как это возможно, совершенно непонятно. Для первичной пропаганды это создаёт огромные трудности. Ни одна мировая религия не усваивается неофитами так трудно. При огромных усилиях в 19 веке европейские империи обратили в христианство девственно чистую Африку при соотношении сил 1000:1. И что же? Сейчас там мусульманство успешно вытесняет христианство. Потому что для неразвитого сознания совершенно нелепо объясняется Основная Формула христианской доктрины. Получается 2+2=5. При этом в мусульманстве есть неприятное обрезание и вообще мусульманский мир - мир второго сорта. Но мусульманская доктрина предельно ясна. Один бог – Аллах. Его пророк – Мухаммед. И есть два свидетеля для принятия в мусульманство. ВСЁ. За один день человека можно принять и это принятие честное и крепкое. А для мировой религии лёгкость пропаганды, желательно умещающейся в один день - основа основ.

Собственно, непонятно, как учение с такой дефектной доктриной могло распространяться количественным путём. Цепная реакция в христианстве затруднена. Эта религия ведет действенную пропаганду, когда уже имеет политическое и военное господство и финансируется государством. С нуля на этом подняться проблематично.

Иными словами, если суммировать всё сказанное, христианство это миф касты могильщиков большого и культурного государства, превратившийся в монорелигию в результате государственного переворота.



Сообщение было отредактировано E.P. Iphan: 29.07.2018, 02:33

[E.P. Iphan]

Мифы французского Сопротивления:
25 тыс. против фашистов, сотни тысяч — против Красной Армии

22 июня 1940 года Париж официально сдался гитлеровской Германии

Французское Сопротивление с легкой руки писателей и «киношников» прочно укоренилось в массовом сознании, как одна из важнейших составляющих борьбы с нацизмом в Европе. Однако в качестве «страны-победительницы нацизма» Франция слишком быстро утратила историческую память. Например, сегодня лишь 8% потомков франков и галлов знают о том, какой вклад внес Советский Союз в победу надГитлером. А ведь в 1945-м больше половины французов — 57%, уверенно называли «главным победителем» Рейха именно СССР. Складывается такое впечатление, что бабушки и дедушки в Париже и Марселе не очень охотно рассказывали своим внукам о войне, вот они и выросли, искренне веря в попсовые сказки Голливуда.

Но почему же Францию накрыл такой «заговор молчания»? Почему участники победы над нацизмом стеснялись своих подвигов? К сожалению, на то есть свои причины, на которых в советские времена Москва великодушно не акцентировала внимание. И, может быть, зря. Помнили бы во Франции о некоторых аспектах своего участия во Второй мировой, возможно, и антироссийские санкции бы накладывать постеснялись бы…

Нужно сказать, что Франция вступила во Вторую мировую войну задолго до ее официального начала. В сентябре 1938 года премьер-министрЭдуард Даладье был одним из политиков, которые поддержали в ходе переговоров в Мюнхене оккупацию Чехословакии немцами, поляками и венграми, а также выступавших за «крестовый поход против большевизма», если СССР посмеет защищать Прагу от Гитлера.


22 июня: «Гром», которого не было
Сталин отказался от плана превентивного удара, если вообще он когда-либо предусматривал такой вариант

В 1939 году французы и британцы гарантировали безопасность Польше и активно поддержали ее в решение не заключать никаких соглашений с Советским Союзом, толкнув тем самым СССР на подписание договора о ненападении с Германией (у Москвы просто не оставалось другого выхода). Однако когда Гитлер напал на Польшу, французы и британцы своих варшавских союзников банально «слили», вступив в войну с Третьим рейхом только на бумаге… Сидение в окопах друг напротив друга франко-британских и немецких войск в истории принято называть Странной войной. Но отсиживаться в кустах до бесконечности у Парижа не вышло.

Весной 1940-го дошел черед и до него. 10 мая гитлеровские войска развернули наступление на Бельгию, Голландию и Францию (позже некоторую поддержку Третьему рейху окажет фашистская Италия). Нужно сказать, что в Париже войну уже привыкли воспринимать как некое увлекательное приключение: дамы носили шляпки в стиле «милитари» и ридикюли в виде противогазных сумок, а патриотизм носил показной характер. Воевать же и умирать французы не желали.

Несмотря на то, что силы англо-франко-польского контингента были вполне сопоставимы с силами наступавших на них гитлеровских войск, союзники сопротивлялись вяло, а местами просто бежали. К 4 июня нацистами были оккупированы Бельгия и Нидерланды, два французских армейских корпуса — окружены и сдались в плен в полном составе, а 338 тысяч военнослужащих союзников эвакуировались с севера Франции в Великобританию.

12 июня капитулировали 10-й французский корпус и 51-я британская горная дивизия («Шотландская»). 14 июня союзники без боя отдали гитлеровцам Париж. 22 июня сдалась и 2-я группа армий в районе линии Мажино. В тот же день Франция официально признала поражение. Немцы настояли на том, чтобы акт о капитуляции был подписан в Компьенском лесу, в том самом вагоне, в котором примерно за 22 года до этого, Германия признала себя побежденной в Первой мировой войне.

Единственные, с кем французы смогли повоевать более ли менее успешно, — это итальянцы. На юге наследники Наполеона занимали весьма удобные позиции, и поэтому войскам дуче удалось продвинуться там на совсем небольшое расстояние, в результате чего по итогам кампании Италия получила лишь чуть более 800 километров французских земель. «Приз» Германии был посерьезнее — более половины территории, ранее подконтрольной Парижу, отошла в оккупационную зону, а на оставшихся землях было создано марионеточное коллаборационистское государство. На протяжении будущего года французская экономика на полную мощность работала на реализацию планов Гитлера по подготовке к нападению на Советский Союз.

За оккупацию трех западноевропейских стран гитлеровцы с итальянцами заплатили примерно 45 тысячами жизней своих военных. Для сравнения, в одном только Сталинграде нацистов с союзниками погибло около полумиллиона — в 11 раз больше… Французская армия потеряла убитыми за пять недель войны около 96 тысяч человек. В плен же нацистам сдалось около полутора миллионов военнослужащих.

Что характерно, во Франции, где были весьма сильны крайне правые настроения, население встретило гитлеровцев очень тепло. Еще до войны нацисты успели «прикормить» местных журналистов и руководство организаций, в которые входили участники империалистической войны. В 1940-м первые — пели оды Адольфу Гитлеру, а вторые — объединились в коллаборационистский Французский легион комбатантов (Légion française des combattants), в который входило около 900 тысяч членов (не считая «попутчиков» из примкнувших организаций). С 1941 и по 1945 год тысячи французских добровольцев воевали против Красной Армии на Восточном фронте.

Именно 638-й французский полк был единственной «не немецкой» частью, принимавшей участие в битве за Москву на стороне Гитлера. С 1943 года французские подразделения возникли в составе Ваффен СС — в 1945-м на их базе сформировали дивизию СС «Шарлемань», остатки которой в апреле 45-го участвовали в битве за Берлин, защищая здания Рейхстага и Рейхсканцелярии.

Кроме того, тысячи французов вошли в состав коллаборационистской «милиции». Жители Франции приняли беспрецедентно активное (как для «оккупированного» народа) участие в Холокосте. Своими силами они выявляли евреев и передавали их в немецкие концлагеря. В общей сложности, наследники Руссо и Вольтера отправили в лагеря смерти около 76 тысяч евреев. В общей же сложности жертвами Холокоста стали на территории Франции около 120 тысяч человек.

Что же касается французского Сопротивления, то оно, мягко говоря, было очень сильно мифологизировано, и именно «французским» назвать его было проблематично. До момента открытия Второго фронта общее количество партизан в «Сопротивлении» составляло, по данным историков, не более 20 — 25 тысяч человек. Из них около 3 тысяч — были советскими гражданами (бывшими военнопленными). Также в рядах Сопротивления воевало значительное количество евреев, представителей российской эмиграции, армян (бежавших от геноцида в Турции) и воинов-интернационалистов, покинувших Испанию после победы Франко. И это — на 41 миллион населения. Для сравнения: на оккупированной части Советского Союза проживало от 70 до 84 миллионов человек (всего в два раза больше, чем во Франции), а в составе партизанских отрядов сражалось около миллиона бойцов (в 50 раз больше, чем в рядах французского Сопротивления вместе со всеми иностранными союзниками). Конечно, здесь нужно сделать скидку на то, что расовая теория нацистов предполагала кардинально различное будущее для славян и французов. Однако получается, что за идеалы свободы, независимости, демократии и гуманизма французы массово воевать отнюдь не желали…

Вот, собственно, и вся цена любви просвещенных европейцев к свободе и демократии: тысячами ехать убивать русских, украинцев и белорусов на Восток, отправлять в лагеря смерти евреев, сдавать гестапо соседей-коммунистов, кормить эсэсовцев круассанами и продавать модные шляпки их спутницам. Ах да. Еще их развлекать. Многие известные французские певцы и актеры активно снимались и выступали именно в годы нацистской оккупации.

Когда в 1945-м о чудовищных преступлениях нацизма заявили на весь мир, французам стало очень стыдно. Однако свой стыд они обратили не в суды над сексотами гестапо, сотрудниками коллаборационистской администрации и соучастниками Холокоста, а в издевательства над дамочками, сожительствовавшими с немецкими военными. Те, кто еще за несколько месяцев до этого сами чистили сапоги офицерам СС, перепугано озираясь, брили этим женщинам головы, плевали им в лицо и избивали вместе с маленькими детьми.

Высадившиеся в 1944 году в Нормандии американцы считали, что французы «должны» им и свой долг забирали, разграбляя дома и насилуя француженок. Французские же военные (в том числе — темнокожие бойцы колониальных частей) стали первыми мародерами и насильниками на территории Германии.

Французы прекрасно отдавали себе отчет в том, кто на самом деле сломил хребет гитлеровской Германии. И они очень не хотели, чтобы победители доставили скелеты из парижских шкафов. Поэтому Франция быстро стала самой просоветской страной в Западной Европе. Память о советских воинах увековечивали в топонимике, французы массово записывались в коммунистическую партию.

Однако когда прошло немного времени, и подул другой ветер, французы дружно переориентировались на иную внешнеполитическую силу. И теперь они голосуют за неолибералов, говорят о ключевом вкладе США в победу над Гитлером и накладывают санкции на потомков тех, благодаря кому у них вообще есть собственное государство…

Пусть это будет жестоко, но, по большому счету, до каждого француза нужно донести историю о том, как начальник Верховного командования Вермахта генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, увидев представителей Франции на подписании Акта о капитуляции в 1945 году, саркастично бросил: «Как?! И эти тоже нас победили что ли?». И именно с советской стороны Кейтелю тогда сказали, что да, «и эти тоже»…

Сообщение было отредактировано E.P. Iphan: 5.07.2017, 09:12