Великая команДа - Московское ДИНАМО, "Наше имя - легенДа и слава!" Опции

[S.G.Daniels.77]

Приглашаю к обсуждению всех болельщиков российского футбола и хоккея (на создание темы вдохновили непрекращающиеся хоккейные успехи и скорый приход футбольных трофеев)

наверное можно было добавить баскетбол,волейбол,хоккей с мячом,водное поло и минифутбол(футзал) но нельзя объять необъятное-могу лишь заметить,что во всех перечисленных видах команды Динамо Москва занимают лидирующие позиции

http://www.dynamomania.ru/
для болельщиков команды рекомендую сайты :

хоккей
http://www.dynamo.ru/
http://hcdynamo.com/

http://www.geocities.com/victoroud/hockey/dynamo.html
http://sqdinamo.mbl.ru/

общие
http://www.alldynamo.ru/
http://www.bwd.ru/news.php

мини-футбол
http://www.mfkdinamo.ru/

волейбол
http://www.vcdynamo.ru/
водное поло
http://www.wpdynamo.ru/
баскет
http://www.mbcdynamo.ru/

Общественно-государственное объединение
«Всеросийское физкультурно-спортивное общество «ДИНАМО»
http://www.dynamo.org.ru/

футбол
http://www.fcdynamo.ru/
http://www.h2odynamo.ru/gb/gbnik.php
http://www.fc-dynamo.ru/
http://www.fc-dynamo.ru/gbook/index.php
http://www.fcdin.com/
http://zt.alldynamo.ru/guestbook.php?


Сообщение было отредактировано Sergjo77: 25.02.2011, 12:55

[А.Д. - 79]

Андрей КОБЕЛЕВ. По всем статьям
Автор Сергей Кривохарченко, "PROспорт"
17.12.2008 г.
Fcdin.com продолжает традицию знакомить болельщиков «Динамо» с интересными материалами из прессы, которых нет в Сети. Сегодня — большое интервью главного тренера «Динамо» Андрея Кобелева, который специально для «PROспорт» совершил еще один круг почета вокруг стадиона «Динамо», вспомнил о своей не очень счастливой карьере игрока, объяснил, почему не слишком расстроился из-за ухода Данни и подтвердил свой интерес к трехметровым баскетболистам.
Ст. 1. Травмы различной степени тяжести
— Ваша игровая карьера могла бы сложиться успешнее, но травмы помешали. Не обидно?
— Нет, никакой обиды нет: футбол — контактный, травмоопасный вид спорта. Да, где-то не реализовал себя на все 100%. Почему? Наверное, в чем-то сам виноват, но вообще очень много причин. С одной стороны, поехал в Испанию, в хороший клуб «Бетис», ну и получил сразу травму крестообразной связки – для тех времен очень тяжелая травма, которая не так часто, как сегодня, встречалась. После этого вернулся, здесь играл, неплохие сезоны были. Но, конечно, травмы для футболистов — главный ступор в карьере.
-Справедливости в мире и на поле нет: одних футболистов травмы преследуют, других обходят стороной.
— Дай бог! Вот я сейчас воспринимаю поражения не так болезненно, как травмы игроков. Футбол — игра двух команд: кто-то выигрывает, кто-то проигрывает — это нормально. А вот серьезные травмы пропускаешь через себя, и всегда остается такой осадок, что где-то и мы — тренеры — виноваты в этом.
- Испанская командировка вам много дала?
— Да, очень — и в футбольном плане, и в человеческом. Во-первых, я хорошо выучил испанский язык — не так хорошо, как хотелось бы, но все-таки. Во-вторых, пожил в Испании, понял, что такое профессиональный футбол, — ведь в начале 90-х много говорилось о том, что у них там футбол профессиональный, а у нас здесь – любительский. Сам я, наверное, кардинально не изменился — в 24 года человека трудно ломать-менять. Но я многое переосмыслил. То, что у нас является приоритетом, за границей совершенно не важно.
— Например?
— У нас очень много показного. Все друг перед другом пытаются продемонстрировать, какие все крутые-богатые или еще что-то. А за границей это отсутствует: никому это не надо, поэтому там намного спокойнее относятся к жизни, ко всему, и мне это больше нравится.
- Некоторые наши молодые футболисты склонны к показухе.
— Нет, я думаю, сейчас уже как раз наоборот: молодое поколение прекрасно понимает – что все это мишура, что необязательно все это афишировать, показывать — надо быть человеком. У нас в команде такого вообще нет.
Ст. 2. Соучастие с распределением ролей
— Вы три раза становились исполняющим обязанности главного тренера, и каждый раз вас снова делали вторым. Не надоело?
-Нет, я не зацикливался на этом, потому что от меня ничего не зависело: уходит тренер, до игры остается два-три дня — надо готовить команду.
- Не возникло в конце концов желание уйти?
— Нет, все это происходило в течение сезона. Бросать команду только из-за того, что назначили нового главного, я не хотел. А все эти приставки — мне все равно. Правда, в середине 2006 года, при Семине, у меня было несколько неплохих предложений, и я их рассматривал, но ушел бы только зимой.
— Как вы переживали творившийся в «Динамо» на протяжении нескольких сезонов хаос — смены тренеров, португальское нашествие и так далее?
— У каждого тренера и хозяина команды есть свои прерогативы по трансферной политике. Если говорить конкретно о португальцах — в основном это были хорошие игроки, которые и сейчас играют в приличных клубах. Просто они по каким-то причинам не захотели играть в «Динамо» — не было мотивации, не понравился им, наверное, чемпионат и условия не подошли бытовые.
— Вы пытались с этим как-то бороться?
— Приглашать людей за такие деньги, да еще потом с ними бороться?! Они должны приезжать и выполнять то, что выполняют другие. Я вообще всегда считал, что в команде не должно быть много иностранцев, а те, кто есть, должны быть лучшими.
Ст. 3. Состояние аффекта
— Во время матчей вы ведете себя очень спокойно. Тяжело держать себя в руках?
— Никогда не задумывался над этим.
- А в раздевалке вы так же хладнокровны?
— Ну, когда как. В принципе стараюсь никогда не повышать голос, хотя иногда надо. Бывает, что разговариваем на повышенных тонах, но это нормально – это футбол, это страсть. Если б мы все спокойно ко всему относились, то это был бы не футбол, а шахматы. Они там сидят спокойно, ходят, думают... А здесь – взрослые мужики!
— Просто вы производите впечатление человека, который повышает голос не когда хочется, а когда чувствует, что это необходимо.
— Да вы очень глубоко копаете! «Чувствует что-то...» Я обыкновенный человек. Если мне хочется крикнуть — я могу выйти и крикнуть спонтанно. Надо крикнуть — я пошел и крикнул.
- Самый страшный день в вашей тренерской карьере — 3:9 от «Зенита»?
— 3:9? Да, конечно, результат не футбольный, и психологически это был очень тяжелый момент, но мы с честью вышли из той ситуации. В первую очередь ребята – потому что тренер не играет и может, значит, свалить все что хочешь на кого хочешь. А на поле все равно потом ребятам выходить. Мы никогда не забываем о той игре, и, думаю, это нам даже помогает находиться в тонусе в некоторые моменты. Конечно, обидно, досадно, да — но полезно: мы должны учиться. К сожалению, не получается на чужих ошибках, поэтому пытаемся учиться на своих.
— Расскажите о вашем главном пока тренерском изобретении – «магическом треугольнике».
— Да никто его не изобретал! Опять же, я ничего не пытался сделать. Просто мы поставили троих человек в центре, и они сами, как говорится, играли!
Ст. 4. По предварительному сговору
— Что изменилось в команде по сравнению с прошлым сезоном, когда «Динамо» провалило концовку?
— Команда была молодая, не привыкла бороться за самые высокие места – шли-шли, а в концовке сорвались. В этом году опыта было уже больше и психологически были более уверены в себе.
- А вы как тренер изменились за это время?
— Мне тяжело о себе говорить, но думаю, что какие-то изменения все-таки есть. Потому что у меня пока еще маленький опыт, хотя какой-то уже есть — и хороший, и плохой. Все мы меняемся, но я на себе этого не замечаю — как и каждый человек бревно у себя в глазу не видит, а у других замечает соринку. Здесь то же самое.
- В прошлом сезоне о вас говорили, что ваша главная слабость как тренера — в том, что вы не очень хорошо умеете влиять на игру при помощи замен.
— Нет, я с этим не соглашусь: мы не так много в прошлом году делали замен, чтобы говорить о том, удачны они были или нет. Мы вообще не сторонники того, чтобы делать много замен, и если игра идет, и если у кого-то что-то не получается немножко. В иную игру очень тяжело войти, поэтому пытаешься не испортить.
— То есть причина не в том, что у «Динамо» короткая скамейка?
— Ха, все говорят «короткая скамейка»! Скамейка у нас такая же, как у всех, вот. И в протоколе у нас 18 игроков. Другое дело, что у нас в этом году был немножко перекос в сторону защитников и не хватало полузащитников и фланговых игроков. Поэтому мы и купили Уилкшира. Опять же, надо сказать, что мы Уилкшира покупали не вместо Данни — а к Данни. Это давало возможность разгрузить иногда и братьев Комбаровых, которые постоянно играют. Но ушел Данни, и Люк начал играть и в центре полузащиты, и крайнего.
Ст. 5. Доведение до Лиги чемпионов
— Когда перед началом сезона вы наблюдали за тем, как укрепляются конкуренты, не возникала мысль, что задача, поставленная руководством, бороться за место в тройке – не выполнима?
— Мы тоже укрепились. У нас в прошлом году были явные проблемы с нападающими, которые забивают, и с правым защитником, и мы взяли Ковальчика и Кержакова. В середине сезона закрыли другие позиции. В общем, команда была нормально укомплектована – когда кто-то выпадал из-за травм, выходили новые ребята и нормально играли.
— Вы спокойно пережили продажу Данни?
— Надо сказать, что мы его не продавали – у нас его купили. Конечно, это было немножко неожиданно, потому что до отъезда в сборную — его, кстати, в первый раз вызвали в сборную из «Динамо» — он горел желанием остаться. Но он там, в сборной, поговорил и с тренером, и с агентом, и с ребятами — и решил, что ему лучше уйти в «Зенит». Но в целом мы спокойно это восприняли, потому что ни один клуб мира не может зависеть от одного игрока, какой бы он ни был.
- Поговаривали, что вы были даже рады – потому что он не очень командный игрок.
— Данни вносил много хорошего в нашу игру, разгонял атаки. Но, конечно же, все игроки такого типа – не командные, они вольные художники, и схема нашей игры строилась на Данни. Все говорили про «даннизависимость». С другой стороны, при отборе у нас возникали иногда большие проблемы, и те же Комбаровы, Хохлов, Семшов — они несли двойную нагрузку при обороне, а это не есть очень хорошо. После ухода Данни у нас, может, стало меньше эффектности какой-то – подбросов, перекидок мяча, — но зато эффективности стало больше.
- То есть если художник ломает структуру, то лучше без него?
— Нет, такие футболисты привносят в футбол зрелищность, гонят болельщиков на трибуны, создают эффектность. Но всего должно быть в меру.
- Были сомнения по поводу того, что сможет заиграть в «Динамо» другой не очень командный игрок – Кержаков, который "бил, бьет и будет бить».
— Да ради бога, пусть бьет, самое главное – чтобы забивал! Нападающий должен бить. Конечно, надо смотреть – когда надо, когда не надо. Но заряженность на удар – это неплохое качество.
- Согласны, что Кержаков провел не лучший сезон?
— Да, свой потенциал он не реализовал. В плане отдачи, движения и всего такого он провел неплохой сезон, претензий у меня нет. Но забил всего 7 мячей, а должен был бы — минимум 14. Моменты ведь у него были. Вспомните игру с «Зенитом» или со «Спартаком» — когда он бил в пустые ворота, попал в штангу.
- Наверное, тренер команды, которая показывает едва ли не самый привлекательный футбол, не может быть прагматиком?
— Прагматиком я себя, наверное, все-таки не считаю. Футбол, конечно, для зрителей, и хочется играть красиво, но мы понимаем, что в первую очередь нужен результат. Вот сопоставить то и другое не всегда получается. В некоторых играх прагматизм все-таки перевешивает. Результат ведь, кроме всего прочего, еще и психологически влияет на команду.
— Лобановский говорил: «Главное — игра, а результат придет. А может и не прийти».
— А может и не прийти, да. Футбол – такая штука интересная, о нем можно до бесконечности спорить. Но я всегда говорю ребятам: это всего лишь игра. Да, очень серьезная, тяжелая, которую смотрит много людей, и из игры она произросла уже во что-то большее, но изначально футбол – все-таки игра.
Ст. б. Привлечение к ответственности
— Вас не расстраивает то, что "Динамо» играет все лучше и лучше, а болельщиков по-прежнему мало на стадион приходит?
— Нет, не расстраивает. Когда мы в 2006 году заканчивали чемпионат, на трибуны приходило 3000-5000. В прошлом году было уже 7000-8000, в этом – 10 000-12 000. Мы же тоже прекрасно понимаем, что за годы, когда «Динамо» скатывалось вниз, мы растеряли огромное количество болельщиков – не навсегда, надеюсь, а на какое-то время. Поэтому нам необходимо показывать не только сиюминутный результат, чтобы постепенно привлечь людей на трибуны.
- Команда попала в квалификацию Лиги чемпионов, но при этом некоторые футболисты хотят ее покинуть.
— Некоторые? Кроме Семшова никто не хочет. Если какой-то клуб может предложить игроку сумасшедшие какие-то деньги, которые не входят ни в какие рамки, то мы не собираемся ничего предпринимать – в смысле, удовлетворять все желания футболиста. Да, мы идем на увеличение зарплаты, но оно тоже должно быть соизмеримым.
- Вам теперь придется заново строить центр поля.
— Естественно, мы готовы к этому. Я уже говорил, что клуб не может зависеть от одного или двоих футболистов. От этого, как говорили, "магического треугольника» ничего не осталось, кроме наконечника — Хохлова, поэтому будем придумывать какую-то другую геометрическую фигуру.
- А вы могли бы представить, что уйдете из «Динамо»?
— Ха, а зачем мне уходить?
- Ну, не знаю, предложат зарплату в несколько раз выше или пообещают купить кучу звезд...
— Здесь у нас, в «Динамо», на сегодняшний день все хорошо складывается. Вот этот уход Данни и Семшова — он особняком стоит, но все на нем заостряют внимание. Но с другой стороны, это ведь показатель работы клуба: кто бы Данни год назад купил за 30 млн? А так его у нас очень удачно купили — в самый подходящий момент: незадолго до кризиса.
- Вы будете зимой искать трехметрового баскетболиста?
— Это вы про Коллера вспоминаете? Будем, а кроме того, у нас уже один есть – Сашка Димидко. Ему сделали операцию, и мы надеемся на него в будущем сезоне.
— Собираетесь побороться теперь за чемпионство?
— Об этом сейчас нельзя говорить. Но приоритет у нас — российский чемпионат. Чтобы двигаться дальше, нам необходимо каждый год серьезно прогрессировать и пытаться занимать высокие места. Самое главное-стабильность: в команде, в психологии. Нужно создать преемственность, а первое место – не самоцель